^Наверх

О себе

«О себе не беспокоюсь,

Для других живу!»

Антонина Казаченко

 

Начну с любимых эпиграфов:

«СЛЕД»

А ты?

Входя в дома любые -

И в серые,

И в голубые,

Всходя на лестницы крутые,

В квартиры, светом залитые,

Прислушиваясь к звону клавиш

И на вопрос даря ответ,

Скажи:

Какой ты след оставишь?

След,

Чтобы вытерли паркет

И посмотрели косо вслед,

Или Незримый прочный след

В чужой душе на много лет?

Леонид Мартынов

 

А вот другое:

Будьте добрыми, друзья!

Не тая друг к другу злости

Помните: мы все здесь гости…

Будьте добрыми, друзья!

Лия Астрова – художник, поэт, самый близкий мой друг.

И еще:

Я любви не числю и не мерю,

Нет, любовь есть вся моя душа…

Я люблю, смеюсь, клянусь и верю…

Ах, как жизнь, мой милый, хороша!

Майков

 

Все, что сейчас пишу, адресую моим внукам, правнукам, а также моим ученикам.

Да, мои дорогие, я счастливая! Жизнь прекрасна и удивительна! С чистой совестью говорю, отметив свое 85-летие. Мне повезло. Я родилась в любящей семье. Вероятно, это и явилось главным моим критерием оценки смысла жизни. У нас в семье повторялся рассказ о том, как папа в 5 лет сказал маме (а ей было 4): «Любочка, я на тебе женюсь». Они жили в одном дворе в г.Днепропетровске, где родилась в последствии и я. Родители поженились, когда им исполнилось 17 и 18 лет. Это был 1921 год. А в 1918 г. они вступили в комсомол. Они были соратниками Михаила Светлова. Когда мне пришлось играть в спектакле «Двадцать лет спустя» по пьесе Михаила Светлова, мамины рассказы мне очень помогли. Я играла Берту. К слову сказать, спектакль, который поставил мой однокурсник Семен Лерман, был одним из его лучших творений в нашем таллиннском русском драмтеатре. Но это я забежала вперед. Очевидно потому, что хотела сказать: артисткой я стала по наследству.

Мой папа - оперный певец, очаровательный Ленский, в опере «Евгений Онегин». Пел в театре оперы и балета города Днепропетровска. Когда началась война, театр эвакуировался под бомбардировкой фашистских самолетов. Мне удалось захватить всего несколько фотографий из дома (разрешалось взять только самые необходимые вещи). Осколок, который упал рядом со мной во время бомбежки, я подобрала и хранила долгие годы. В Красноярске все работники театра были распределены к местным жителям. Нас взяла к себе сибирячка тетя Полина, у которой своих-то детей было двое, перегородив свою комнату ширмой. Этот христианский поступок запал в мою детскую душу. Мир спасет доброта! Школа была отдана под госпиталь, где мне частенько приходилось петь для раненых бойцов. А еще я пела на открытых грузовиках уезжавшим на фронт солдатам. А наша школа размещалась в помещении универмага. Посередине класса стояла печка-буржуйка, но тепло было только вокруг нее, поэтому мы сидели в шапках и валенках. Частенько сбегали с уроков, чтобы согреться, в кино или я убегала в театр, который был близко. В театре сидела на репетициях рядом с художественным руководителем Михаилом Павловичем Стефановичем. Он меня очень любил. Он даже, когда я не являлась на репетицию, поворачивался к моей маме и говорил: «А кому я буду сегодня сдавать спектакль? Софули-то нет…» Летом нас, учеников 7-8-9 класса, отправляли в село на работу. Мы пололи, собирали ягоды, а осенью собирали картофель. Я вспоминаю с огромной благодарностью и нежностью всех, с кем во время страшной войны мне пришлось жить, учиться и трудиться рядом.

Из Красноярска наш театр вернулся в освобожденный Харьков. Здесь я закончила десятый класс в украинской школе номер 6 на улице Рымарской, Школа находилась рядом с оперным театром и домом, где мы с папой и мамой получили комнату в квартире №37 – потрясающей «коммуналке». Нам повезло - пятеро соседей жили одной семьей. В основном, в нашем доме, в нашей квартире жили артисты оперного театра. А еще писатель Балобан, жена которого - Марина Семеновна - научила меня любить кухню, вкусно готовить. До сих пор это мое хобби, люблю гостей кормить.

В школе увлеклась поэзией Шевченко, Леси Украинки. За участие в конкурсе получила награду – выступление в заключительном концерте на сцене нашего оперного театра. Все работники театра меня поздравляли. А когда в конце мая 1946 года внезапно ушел из жизни мой отец, руководство театра ходатайствовало о моей бесплатной учебе в театральном институте (тогда учеба была платной), куда я и была направлена после конкурса чтецов на украинский факультет к профессору, народному артисту СССР Ивану Александровичу Марьяненко. Это последний из могикан украинской сцены. Он был партнером Марии Заньковецкой, Панаса Саксаганского. Художественным руководителем института был народный артист СССР Александр Григорьевич Крамов. Институт был замечательный! Пожалуй, это самое счастливое и беззаботное время моей жизни.

К дипломной работе у меня было два спектакля. В пьесе Максима Горького «Последние» я играла Любу. Трагическая роль. А в пьесе Пётра Павленко «Счастье»- двенадцатилетнюю девчонку Ленку Твороженкову.

Народный артист СССР Крамор сказал моей маме: «Родилась вторая Комиссаржевская». Смешно. Сейчас эта фраза звучит очень наивно, так как театр сложный организм, и не всегда сбываются большие надежды.

После окончания института я была направлена в Киевский областной театр, который находился в городе Черкассы. Очаровательный город! Мой педагог по истории театра решила меня повезти в Москву в Центральный Детский театр. Там познакомила с художественным руководителем театра народной артисткой СССР Пыжовой, которая предложила мне сначала постараться «освободиться» от черкасского театра, так как в то время я была обязана отработать 3 года. Увы, это было нереально. И начались мои поиски СВОЕГО театра.

Всего год я отработала в этом милом моему сердцу театре. Меня приняли как родную. Директор Николай Васильевич Попов и его супруга Надежда (героиня театра, красавица), опекали меня, холили и лелеяли.

Неоднократно, в течение многих лет, работая уже в таллиннском драмтеатре, меня пересекала с ними судьба на гастролях со своими театрами. То в Днепропетровске, то в Баку. Приятно было встретиться с любимыми людьми. Много теплых слов они сказали в мой адрес о моей работе в их театре.

Будучи на гастролях с Черкасским театром в Звенигородке, судьба мне подарила встречу с капитаном Советской Армии прошедшим войну. Встречу на всю оставшуюся жизнь.

56 лет мы прожили с Богом подаренным мне любимым мужем! И никакие почетные звания, успехи в сценической карьере не заменят того счастья, которое я испытала за эти годы.

Жили мы в военном городке в 37 км от Таллинна. Через год у нас родилась дочь.

Пыталась добиться возможности работать в таллиннском русском театре. Один месяц было моей дочери Марине, когда я достигла этой цели. Работала бесплатно. Четыре года ездила в театр с маленьким ребенком на руках: сначала на «паровике» с одним вагоном, затем пересаживаясь на электричку. Но я все равно ездила в Таллинн, приближаясь к любимому делу.

Только в 1956 году меня приняли в труппу театра. Свыше ста ролей сыграно за 32 года работы в штате театра.

И это не считая тех четырех лет, которые я проработала безвозмездно, сыграв довольно большое количество ролей. Но удовлетворение мне далеко не все работы приносили. Поэтому почти одновременно я взялась за педагогическую работу. Сначала в школе, где училась дочь (она играла у меня во всех спектаклях). Особенно она любила роль пса Мастино в спектакле «Приключение Чипполино». Даже бегала в другую школу, где я вела драматическую студию, из-за этой роли.

Из этого спектакля двое ребят вышли в актеры: Шурик Сирин - он играл Вишенку - ныне Александр Сирин – народный артист России, работает в театре ЛЕНКОМ у Марка Захарова, сын наших актеров Веры Федоровой и Вячеслава Сирина. Как-то, учась в четвертом классе, он сказал мне: «Тетя Софа, не говорите папе и маме, что я играю в спектакле!». «Почему?» - спросила я. «Засмеют!». Катенька Егорова, тоже дочь наших актеров, играла Редисочку. Она и сейчас актриса и обучает уже детей актерскому мастерству.

Это только маленькая капля моих учеников. Два коллектива - агитбригада завода им. Калинина и агитбригада Дома культуры «Маяк» завода «Двигатель» - стали Лауреатами Всесоюзных и Республиканских смотров.

По направлению ЦК комсомола «калининцы» гастролировали на БАМе , а «двигательны» ездили с концертами на Сахалин.

Эти ребята до сих пор со мной. Им сейчас по 55 лет. Все мои юбилейные даты отмечаются «капустниками», интересными выступлениями.

Перед уходом на пенсию я занялась творчеством Игоря Северянина . Дело в том, что в 1982 году мало кто знал имя этого замечательного поэта. А о том, что он прожил в Эстонии 23 года и похоронен в Таллинне, даже я не знала .

В моей книжечке «Мой Северянин» подробно описано это мое самое главное творческое наследие. Открыв для себя великого поэта, не побоюсь этого эпитета, так как Булат Окуджава тоже так сказал, с 31 декабря 1982 года я начала нести в массы это имя, незаслуженно забытое .

В книжке, которую я издала, собраны мои сценарии и исследования жизни и творчества Поэта. И даже пьеса, которую я поставила с актерами нашего театра. К сожалению, мало сыгранную. А жаль!

Вот и теперь я занялась созданием фильмов. Это меня заставляет мыслить, размышлять о жизни и открывать в жизни светлые горизонты. Конечно, это самодеятельность. Но когда я вижу и слышу, что людей моя работа греет, я счастлива! Создано мною уже три фильма. В фильме «Ностальгия» - я раскрываю мысль о том, что все евреи стремятся попасть на «обетованную Землю», несут через всю жизнь эту неотвязную мысль. А побывав или оставшись на «обетованной Земле», тоскуют о той малой Родине, на которой родились. Создавая этот сценарий, я пользовалась дневниками одной замечательной женщины, которая уехала из Молдавии, живет сейчас в Израиле и тоскует, и пишет замечательные стихи о своем прошлом - о своей юности, о своем детстве.

Главную роль в фильме играет моя внучка Вита.

Второй фильм – «Дети Ноя». Я прочитала замечательную повесть Эрик-Эммануэль Шмитта, которая меня тронула.

И узнав о том, что, не смотря на свою огромнейшую популярность, (все почти произведения, особенно пьесы, либо поставлены фильмы, либо играются на сценах театров), эта повесть нигде не была инсценирована. И мне захотелось рассказать (особенно в Дни памяти жертв Холокоста) применяя к моей биографии, о нашем нынешнем отношении к Холокосту. Я сравнила Эрик-Эммануэль Шмитта с Антуаном Сент-Экзюпери, потому как они оба говорили об одном: «Зачем нам враждовать друг с другом на нашей маленькой Планете?» Мы жители одной маленькой планеты. Вот то, что меня волнует. И поэтому фильм «Дети Ноя» принимается, особенно школьниками, очень трогательно. И когда я вижу и слышу отзывы о фильме положительные, эмоционально озвученные, если он волнует, этот фильм, я чувствую себя счастливым человеком. Значит я не зря занимаюсь любимым делом!

Ну, и третий фильм - «Избранность – тяжелая ноша. Размышления актрисы С.Б.». В нем тема еврейства, смысла жизни. Фильм снят по моему сценарию, это мои размышления о жизни, о месте евреев в общечеловеческой жизни. И я радуюсь, когда люди, которые видят этот фильм, мне говорят, что фильм этот нужный, что фильм этот волнует и что я подняла не так часто встречающийся серьезный вопрос о смысле жизни еврейской нации. Я счастлива, что в моем фильме принимает участие главный раввин Эстонии Шмуэль Кот. Он умница! Это человек, который принимает все мои творческие поиски, все мои творческие чаяния, мои работы с огромным интересом. Спасибо ему!

Помогает мне создавать все фильмы великий мастер монтажа и оператор Александр Чушенко. Я ему бесконечно благодарна за его энтузиазм, за его помощь, за его бескорыстную любовь к творчеству. Им же прекрасно смонтирован фильм о моем 85-летим, которое отмечалось в малом зале Русского драмтеатра.

Написала все в один присест в Москве 29.09.2013г.